![[profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
Nov. 20th, 2009
![[profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
(no subject)
Nov. 20th, 2009 04:57 pm"Непостижимое ожесточение современников Иисуса входит в пути Божественнного промышления
(Ин.12:40-41). Служение Иисуса в свете дня привлекает к Нему небольшое число верующих,
учеников, которых Он объединил в союз любви. Ученики идут за Ним Его путем страстей
и славы. Для них Он остаётся светом (ср.12:46 в точном смысле греческого текста) и тогда,
когда, с удалением Его от мира, мир погружается в ночь. Эта ночь есть ночь страстей.
Но подвигом страстей Иисус привлечёт к Себе всех (12:32; 8:28) - и тех, которые при свете
дня в Него не верят" (Еп.Кассиан (Безобразов).
(Ин.12:40-41). Служение Иисуса в свете дня привлекает к Нему небольшое число верующих,
учеников, которых Он объединил в союз любви. Ученики идут за Ним Его путем страстей
и славы. Для них Он остаётся светом (ср.12:46 в точном смысле греческого текста) и тогда,
когда, с удалением Его от мира, мир погружается в ночь. Эта ночь есть ночь страстей.
Но подвигом страстей Иисус привлечёт к Себе всех (12:32; 8:28) - и тех, которые при свете
дня в Него не верят" (Еп.Кассиан (Безобразов).
"Ангел мститель" +
Nov. 20th, 2009 09:46 pm"...Как! Сын Божий, Сын возлюбленный, любимый брат, Христос, Царь Небесный,
творец земли и неба, продан за тридцать сребренников, висит на кресте! И мучится,
обагрен с ног до головы, и нет ни откуда защиты, покинут, нет никого, неповинный
висит на кресте!
Не видел никого, только Христа, только на Христа смотрел ангел, не мог примириться,
и пальцы его были крепко и с тоскою сжаты, и дымы, что синие кольца благовонных
кадильниц, обручая пальцы, вывивались меж острых суставов, и копье бледнело
в руке его на дымящемся древке и бурные крылья, что молоньи сини, грозно
орлили, - недвижен, безмолвен, не мог, не хотел ангел видеть Христа на кресте.
Все силы небесные, недоуменно зря друг на друга, молили ангела взойти
на небо к престолу славы прославить Сына пред Отцом Небесным.
Бестрепетен, бесстрастен к мольбе, не слушал ангел, не хотел их слышать,
не хотел взойти на небеса к престолу славы - сердце горело и единая мысль
возгоралась из горящего сердца: один он может и готов и должен стать на
защиту - он может смирить грады и веси, поля, холмы и дубравы, он весь мир
погубит, разорит венец солнца за крест и страсти.
И один недвижен, один безмолвен, он горел перед крестом во святом кругу,
грозный мститель, ангел верховный, вятший паче всех, всех недругов победитель,
архистратиг Михаил.
Слава долготерпению Твоему, Господи!"
Белоснежной кипящей быстрИной восходили полки ангельские,
славословя, от креста за звездный круг к престолу. И был тихий
перезвон в небесах, говор и пение столпОвное небесного
воинства.
И повелел Христос ангелу взойти на небо, оставить крест.
- Исполни закон!
Но верен, ангел стоял перед крестом, не мог отойти:
- Господи, Ты видишь, не могу стерпеть распятия Твоего!
И во вторые повелел Господь ангелу отойти от креста.
- Исполни закон!
И не двинулся ангел, прочно, крепко, непреклонно, верен,
ангел стоял перед крестом:
- Господи, как я пойду!
И в третий раз был голос с креста, отклонявший, повелевая
ангелу взойти на небо.
- Исполни закон!
И тОроки - слухи Духа дрогнули на бледном челе, трепетен,
ангел сделал шаг от креста и вдруг стал, обернулся - черные
тороки вьюнились на его бледном челе, бурные крылья орлили
и очи синели, что дебрь: видеть муку, иметь власть остановить
эту муку и не сметь!
- Не требуй, Господи, не требуй! Видишь сердце мое горящее,
знаешь любовь мою, ей нет грани, ей нет запрета, ей нет закона.
И на что мне власть моя, если запрещаешь прекратить муку
Твою? Не могу преступить закон Твой, слово Твое, волю Твою
и не могу угасить любви моей!
И пламень любви был так велик и скорбь была так остра
и страда так безмерна, все мысли, все стези сердца пылали, - ангел
не мог покориться, не мог исполнить царского слова, разжал ангел
пальцы, и тихо пламя вышло из его руки.
И было пламя так сине, жарко, так живо, и огонь
плящ и горюч - взлысился мрак, сдвинулись семь
поясов небесных и пошатнулись земные, с шумом
ужасных четверопастных горестных труб из четырех
медных ветрий пЫхнули четыре заглУшные ветра,
возшумели с востока и с запада, с юга и севера - кто
им укажет путь? куда им деваться? они не могут стать,
для них нет уж покоя! - избезумелись, вздыбили море,
хотя потопить всю нашу землю, заколебали столпы
преисподния.
Но среди грохота, вопля и скрежета еще острее
врезалась скорбь, а гнев стал безысходнее - и ангел
пустил копье от креста в тьму земную, где стоял страх,
клевета и обида, вопияла утрата и билось бессильно
оскорбленное сердце и гнела бесполезная жалость
и глохла защита.
Зазубрив тьму, как молонья, ударило копье в храм,
прорезало купол, расшибло сень - и надвое сверху
и донизу разодралась капетазма церковная, на две
части разодрал ангел завесу во свидетельство сынам
человеческим за страсти и крест - видеть и разуметь.
И в тот час воззвал Христос, благословляя Отца,
и предал дух единородный Сын, великого света Ангел,
Слово Божие, смертью на смерть наступив.
Слава долготерпению Твоему, слава страстям Твоим,
слава силе Твоей, Господи!"
(Алексей Ремизов)
творец земли и неба, продан за тридцать сребренников, висит на кресте! И мучится,
обагрен с ног до головы, и нет ни откуда защиты, покинут, нет никого, неповинный
висит на кресте!
Не видел никого, только Христа, только на Христа смотрел ангел, не мог примириться,
и пальцы его были крепко и с тоскою сжаты, и дымы, что синие кольца благовонных
кадильниц, обручая пальцы, вывивались меж острых суставов, и копье бледнело
в руке его на дымящемся древке и бурные крылья, что молоньи сини, грозно
орлили, - недвижен, безмолвен, не мог, не хотел ангел видеть Христа на кресте.
Все силы небесные, недоуменно зря друг на друга, молили ангела взойти
на небо к престолу славы прославить Сына пред Отцом Небесным.
Бестрепетен, бесстрастен к мольбе, не слушал ангел, не хотел их слышать,
не хотел взойти на небеса к престолу славы - сердце горело и единая мысль
возгоралась из горящего сердца: один он может и готов и должен стать на
защиту - он может смирить грады и веси, поля, холмы и дубравы, он весь мир
погубит, разорит венец солнца за крест и страсти.
И один недвижен, один безмолвен, он горел перед крестом во святом кругу,
грозный мститель, ангел верховный, вятший паче всех, всех недругов победитель,
архистратиг Михаил.
Слава долготерпению Твоему, Господи!"
Белоснежной кипящей быстрИной восходили полки ангельские,
славословя, от креста за звездный круг к престолу. И был тихий
перезвон в небесах, говор и пение столпОвное небесного
воинства.
И повелел Христос ангелу взойти на небо, оставить крест.
- Исполни закон!
Но верен, ангел стоял перед крестом, не мог отойти:
- Господи, Ты видишь, не могу стерпеть распятия Твоего!
И во вторые повелел Господь ангелу отойти от креста.
- Исполни закон!
И не двинулся ангел, прочно, крепко, непреклонно, верен,
ангел стоял перед крестом:
- Господи, как я пойду!
И в третий раз был голос с креста, отклонявший, повелевая
ангелу взойти на небо.
- Исполни закон!
И тОроки - слухи Духа дрогнули на бледном челе, трепетен,
ангел сделал шаг от креста и вдруг стал, обернулся - черные
тороки вьюнились на его бледном челе, бурные крылья орлили
и очи синели, что дебрь: видеть муку, иметь власть остановить
эту муку и не сметь!
- Не требуй, Господи, не требуй! Видишь сердце мое горящее,
знаешь любовь мою, ей нет грани, ей нет запрета, ей нет закона.
И на что мне власть моя, если запрещаешь прекратить муку
Твою? Не могу преступить закон Твой, слово Твое, волю Твою
и не могу угасить любви моей!
И пламень любви был так велик и скорбь была так остра
и страда так безмерна, все мысли, все стези сердца пылали, - ангел
не мог покориться, не мог исполнить царского слова, разжал ангел
пальцы, и тихо пламя вышло из его руки.
И было пламя так сине, жарко, так живо, и огонь
плящ и горюч - взлысился мрак, сдвинулись семь
поясов небесных и пошатнулись земные, с шумом
ужасных четверопастных горестных труб из четырех
медных ветрий пЫхнули четыре заглУшные ветра,
возшумели с востока и с запада, с юга и севера - кто
им укажет путь? куда им деваться? они не могут стать,
для них нет уж покоя! - избезумелись, вздыбили море,
хотя потопить всю нашу землю, заколебали столпы
преисподния.
Но среди грохота, вопля и скрежета еще острее
врезалась скорбь, а гнев стал безысходнее - и ангел
пустил копье от креста в тьму земную, где стоял страх,
клевета и обида, вопияла утрата и билось бессильно
оскорбленное сердце и гнела бесполезная жалость
и глохла защита.
Зазубрив тьму, как молонья, ударило копье в храм,
прорезало купол, расшибло сень - и надвое сверху
и донизу разодралась капетазма церковная, на две
части разодрал ангел завесу во свидетельство сынам
человеческим за страсти и крест - видеть и разуметь.
И в тот час воззвал Христос, благословляя Отца,
и предал дух единородный Сын, великого света Ангел,
Слово Божие, смертью на смерть наступив.
Слава долготерпению Твоему, слава страстям Твоим,
слава силе Твоей, Господи!"
(Алексей Ремизов)