2.3.3. Излагаем далее. - Итак, благодать божественного блаженства, будучи всегда и во всем
неизменной, преизобильно изливает благотворные потоки собственного света на всех (устремляющихся)
к нему в духовном созерцании. Если же (какой-либо) духоносный (ангел) отвержется от умопостигаемого
света, самовластной свободой и влечением ко злу подавляя естественно ему присущие способности
к просвещению, то сразу же отчуждается от света, не отступающего, впрочем, от отвратившегося
и (потому) пребывающего во тьме, но благодатно освещая и озаряя его. Если же (ангел) устремится
к сиянию, превышающему возможности его (духовного) восприятия, дерзновенно пытаясь выйти
далеко за пределы своего видения, то не только не достигнет желаемого, но, пожалуй, бесчинно
и чрезмерно возгордясь, лишится и присущих ему способностей (восприятия). Свет же пребывает
неизменен; впрочем, как я уже пояснял, божественный свет постоянно и благодетельно сияет
жаждущим его духовным очам, всегда и везде готовый к богообразному (излиянию) своих лучей.
Подобно этому и божественный иерарх, преизобильно изливая на всех светоподобное сияние своего
боговдохновенного учения и всегда готовый богообразно просветить приступающего, не отвергает
его и не укоряет гневно за пребывание в прошлом во тьме греха, но всегда боговдохновенно и священноначально, благолепно и чинно просвещая каждого в меру его восприятия священного,
приводит к свету своего (учения).
неизменной, преизобильно изливает благотворные потоки собственного света на всех (устремляющихся)
к нему в духовном созерцании. Если же (какой-либо) духоносный (ангел) отвержется от умопостигаемого
света, самовластной свободой и влечением ко злу подавляя естественно ему присущие способности
к просвещению, то сразу же отчуждается от света, не отступающего, впрочем, от отвратившегося
и (потому) пребывающего во тьме, но благодатно освещая и озаряя его. Если же (ангел) устремится
к сиянию, превышающему возможности его (духовного) восприятия, дерзновенно пытаясь выйти
далеко за пределы своего видения, то не только не достигнет желаемого, но, пожалуй, бесчинно
и чрезмерно возгордясь, лишится и присущих ему способностей (восприятия). Свет же пребывает
неизменен; впрочем, как я уже пояснял, божественный свет постоянно и благодетельно сияет
жаждущим его духовным очам, всегда и везде готовый к богообразному (излиянию) своих лучей.
Подобно этому и божественный иерарх, преизобильно изливая на всех светоподобное сияние своего
боговдохновенного учения и всегда готовый богообразно просветить приступающего, не отвергает
его и не укоряет гневно за пребывание в прошлом во тьме греха, но всегда боговдохновенно и священноначально, благолепно и чинно просвещая каждого в меру его восприятия священного,
приводит к свету своего (учения).