Другой Прокопий, Устюжский

[hoddion]

Отчего он один –

и никто не укроет его?

Отчего он юрод –

и никто не разбудит его?

И никто не проводит его к Царице

необъятно-слепых царей?

И никто не споёт ему песенку

про святых косарей?

Небылиц?  Небо лиц – не болит.

Тише, тише, так сладко спит

на мосту чрез Сухону –

Летней полночью так духовиты

византийский иней да снег:

знать, от Индов спустились они

до посмертных косматых век.

Тише, тише – не дышит!

Снится ж ему не впервые

самый блаженный сон:

с чашей – в лесу –

тремя кочергами

он твердь подымет,

а по земной, даровой домовине

разбрызган лучами золотистый шелковый хитон.

 

21.3.04