Ты припасал понемногу
камни, песок, икринки
для новых детей авраама,
лестницу у секирной
горы, где летело время
вниз, до конца раздробляясь
костями гремя, крестами
пылая в остывшем небе,
и всеми цветами павлины
горланили о невозможном,
суровом, северном рае.
Опоясали свои бедра
кожаным словом ессеи,
но никого из них не было
веселей Иоанна.
камни, песок, икринки
для новых детей авраама,
лестницу у секирной
горы, где летело время
вниз, до конца раздробляясь
костями гремя, крестами
пылая в остывшем небе,
и всеми цветами павлины
горланили о невозможном,
суровом, северном рае.
Опоясали свои бедра
кожаным словом ессеи,
но никого из них не было
веселей Иоанна.