Ждал я Его в Галилее –
а Он, воскреснув, явился
не на просторе лугов,
не среди бабочек горных
у Тивериадского моря,
а в запертом каменном доме
(Иоанн притворил оконца!).
От страха друзья размышляли,
что будет, чего не будет,
а мне захотелось – коснуться,
вкусить наконец,
забыться в ранах Его
крепким младенческим сном.
блаженство
в сердце моем загустело:
Индию обнимаю.
а Он, воскреснув, явился
не на просторе лугов,
не среди бабочек горных
у Тивериадского моря,
а в запертом каменном доме
(Иоанн притворил оконца!).
От страха друзья размышляли,
что будет, чего не будет,
а мне захотелось – коснуться,
вкусить наконец,
забыться в ранах Его
крепким младенческим сном.
блаженство
в сердце моем загустело:
Индию обнимаю.