* * *

К.К.

У винных вен
сонны сплетенья,
воины спят,
пробуждаясь от дев,
секира у корня,
древо дрожит –
мистам отмстим
за озаренья.

Рёвы речные
вежд не удержат,
чудо из чада
золотом ляжет,
Дельфы пылают
и Элевсин –
мистам мы мстим
за озаренья.

А что уцелеет –
возьмем на корабль,
грани раздвинув
за Туле и дальше –
бьются в сердце
дракон и дельфин,
мистам отмстив
за озаренья.

Чистилище XXIV

Двум поэтам на тропке одной не тесно –
вон Вергилий и Дант
обнаруживают с интересом,
как слепой арестант

им рассказывает о темнице
с небом светлым, полным огня –
не умеют они молиться
ни в тебя, ни в меня,

в полчаса имена воскресили
и отчалили вверх без слов,
поиграли в Россию,
в средоточие снов.

* * *

Он непризнан, не зол, незрим,
Этот сказочный пилигрим,

По двуцветной идет туда,
Где сверкающие города,

И несёт несвятую весть:
«Всё, что будет – сбылось и есть».

И чем ближе, тем дальше он
От сферических стен, икон,

От рождений и от людей,
От восьмёрок, от мира идей.

Он постиг пробегающий путь.
Ты его навсегда забудь.

Статичность

Под ребром ветерка галилейского,
При скончании века библейского
Три апостола скудно обедали
Да всю правду у Господа ведали:

« -- Я сказал вам: вы боги, не ангелы,
Не заложники пламенной мандалы;
Вам идут – послушанье и пение,
Озаренье, порыв, нетерпение.

Так отдайте динарии кесарю,
Хитроумному, чудному слесарю –
Только Мне, терпеливому Плотнику,
Возвратите статир, как работнику».