* * *

Ни града, ни гнева – лишь дождь прохладный, безвинный,
Умаявший солнце разрывистой паутиной.
Дуб, под которым сидели мы – полон зеленых очей, желуди словно осы,
Другой, раскидистый - пуст, озаряет сосны.

Перистоогненным макам – сиреневым, белым, алым -
В точку, в зенит, в крестовину, за небывалым
Соколом гнаться. А что еще остается?
Взапять кузнечики вздрагивают у колодца.

У потаенного озера больше нет островов, их размыло время,
И белокрыльник роняет в тину граненое семя.

12.8.12