Солёный апрель

[hoddion]

Входят рано утром в ворота прощанья,
средокрестием лечат отсвет невечернего света,
вечером, на закате, снова идут встречать Гекату
на перекрестке из трех дорог – с черным бараном и медом.
Свиток глотают пророки – жгут их цари, понапишут еще, не бойся,
еще больше гнева приложат, старанья и слов напрасных;
бросив глаза в огонь, бежит гиена – разгрызть вековые кости.
Пламя стоит мерцанья – иерихонского мака, мимоз галилейских.

Северу - несть апреля, не в обиду сказано будет:
до зеленого солнца и майского полнолунья
будут лежать на крышах детского сада белые рыбы,
и гаражи не расстанутся с мертвыми пуховиками,
тающими в сумерках - и к утру обновляющиеся коркой
пьяного льда. А сугробный лёд –
обуялая соль, кристаллы размером с кулак Самсона.
Изо львиной пасти вылетела пчела – после зимы протряхнуться,
поискать пасхальное солнце между тельца рогами…