Вторничное чудо с Одигитрией в Константинополе.
Началось оно не раньше XI века, в послеиконоборческую эпоху. В науке о нем ни
слова, только недавно опубликовал о нем свое исследование А.Лидов («Иеротопия», 2009).
Это действо совершалось в Константинополе, а затем стало прообразом действ, происходивших в Фессалониках, Арте,
на венецианском Крите и на Руси.
На площади перед храмом Одигис-Путеводительницы каждый вторник происходил
вынос иконы Одигитрии. Прикасаться к ней могли только особые, избранные люди,
которые, по преданию, «происходили из рода святого апостола и иконописца Луки»,
они носили красные одежды. Затем начинался танец с иконой – она неожиданно
становилась легкой. Иконофор вращался, раскинув руки и держа Пречистую в руках,
не отрывая от нее глаз. Во время вращения икона сама носила своего носителя, он
чуть ли не взлетал, почти теряя сознание, но продолжал вращаться по кругу, пока его
не сменял другой. Каждый, кто «летал» с Одигитрией – раскидывал руки, как бы
распятый, и запрокидывал голову, подражая слепому, которому Богородица в давнее
время указала путь к Своему источнику у храма Одигис и тем положила начало
чудесам в этом месте. На иконе «Чудо Св.Одигитрии» иконофоров-танцоров изображали
с крыльями, как у ангелов.
На обратной стороне Одигитрии было написано Распятие. В вихревращательном танце
сливались – Распятый и Дева с Младенцем. А иконофор изображал в одном лице
Распятого – и слепого, прозревшего у источника Одигис, Бога – и человека.
Это Вторничное действо происходило на глазах у всех. По описаниям паломников
из Дании, Испании и Новгорода, люди били себя в грудь при созерцании танца
с Одигитрией и пели: «Кирие, элейсон, Христе, элейсон». После танца начиналось
шествие. Одигитрию торжественно несли во Влахерну, где Ее встречал образ Спаса.
Богородица на иконе, по рассказам свидетелей, «оживала» и кланялась Своему Сыну.
Это было знаком взятия Ее в небесную славу.
Одигитрия была стержнем действа, которое смело можно назвать иконой-пространством.
Началось оно не раньше XI века, в послеиконоборческую эпоху. В науке о нем ни
слова, только недавно опубликовал о нем свое исследование А.Лидов («Иеротопия», 2009).
Это действо совершалось в Константинополе, а затем стало прообразом действ, происходивших в Фессалониках, Арте,
на венецианском Крите и на Руси.
На площади перед храмом Одигис-Путеводительницы каждый вторник происходил
вынос иконы Одигитрии. Прикасаться к ней могли только особые, избранные люди,
которые, по преданию, «происходили из рода святого апостола и иконописца Луки»,
они носили красные одежды. Затем начинался танец с иконой – она неожиданно
становилась легкой. Иконофор вращался, раскинув руки и держа Пречистую в руках,
не отрывая от нее глаз. Во время вращения икона сама носила своего носителя, он
чуть ли не взлетал, почти теряя сознание, но продолжал вращаться по кругу, пока его
не сменял другой. Каждый, кто «летал» с Одигитрией – раскидывал руки, как бы
распятый, и запрокидывал голову, подражая слепому, которому Богородица в давнее
время указала путь к Своему источнику у храма Одигис и тем положила начало
чудесам в этом месте. На иконе «Чудо Св.Одигитрии» иконофоров-танцоров изображали
с крыльями, как у ангелов.
На обратной стороне Одигитрии было написано Распятие. В вихревращательном танце
сливались – Распятый и Дева с Младенцем. А иконофор изображал в одном лице
Распятого – и слепого, прозревшего у источника Одигис, Бога – и человека.
Это Вторничное действо происходило на глазах у всех. По описаниям паломников
из Дании, Испании и Новгорода, люди били себя в грудь при созерцании танца
с Одигитрией и пели: «Кирие, элейсон, Христе, элейсон». После танца начиналось
шествие. Одигитрию торжественно несли во Влахерну, где Ее встречал образ Спаса.
Богородица на иконе, по рассказам свидетелей, «оживала» и кланялась Своему Сыну.
Это было знаком взятия Ее в небесную славу.
Одигитрия была стержнем действа, которое смело можно назвать иконой-пространством.
no subject
Date: 2011-05-03 05:15 pm (UTC)До иконоборчества в Св.Софии фигуративных икон не было, что пытались объяснить самыми разными теориями. Согласно одной из них Юстиниан находился под влиянием монофизитов, а монофизиты выступали против икон. Но, одновременно, в других храмах Юстиниана мы видим эти иконные композиции, в том же Сан-Витале в Равенне или базилике Синайского монастыря. Смысл отсутствия фигуративных изображений, по всей видимости, заключался в том, что Юстиниан как автор замысла и его мастера-архитекторы Анфимий из Тралл и Исидор из Милета, выдающиеся инженеры-оптики своего времени, сознательно хотели создать храм, который не предполагал бы вообще никаких плоских изображений. Храм, где основным выразительным средством был свет, показанный в сложнейшей драматургии.
Речь идет о сложнейшей системе естественного света, который потрясает воображение даже современных инженеров-оптиков. За счет системы зеркальных отражений создавалась живая меняющаяся и невероятно насыщенная световая среда внутри храма. Приведу вам только один из самых впечатляющих примеров. Анфимий Тралл и Исидор из Милета разработали для первого купола Софии Константинопольской, который был существенно более плоский, чем тот купол, который мы видим сейчас, систему отражений. То есть они использовали окна в барабане и нижней части как рефлекторы, которые отражали свет в купол, причем, и это было самое важное, отражали свет ночью. Когда не было никакого солнечного света, они отражали свет звезд и луны таким образом, что ночью в Софии Константинопольской возникал эффект постоянно светящегося купола. То есть в куполе постоянно висело облако света, одновременно зримо представляя известнейший библейский символ, так называемую DOXA (слава) — Господь является людям в виде светового облака.
(Алексей ЛИДОВ)